Рита работала медсестрой в районной больнице. окончив медицинский колледж, она как-то сразу после практики прижилась в этой больнице. Правда, несколько раз она там меняла свои должности.

Сначала устроилась в реанимацию, но там было очень тяжело и страшно, и она не потянула. Потом работала и процедурной, и постовой медсестрой, но вот, в последние два года сидела в Приёмном покое и, кажется, это было её место. Ей даже нравилось принимать пациентов в больницу, она успокаивала их, обещала, что они обязательно поправятся, утешала рыдающих родственников, приносила им воды из кулера, а иногда давала понюхать ватку с нашатырным спиртом.

Казалось, страдания других людей ударялись о её душу и отскакивали, как мелкие камешки от стекла, она умела сопереживать окружающим, но не принимала их боль к сердцу. Да и нельзя было расслабляться, дежурить приходилось и в день, и в ночь, а иногда даже выходить на сутки. Нужно было сэкономить силы и эмоции на всю смену, потому что и под самый конец смены могла наступить особенно жаркая пора, когда не то что эмоции, всю нервную систему нужно было зажать в кулак и спасать людям жизни, не отвлекаясь на себя.

Тем не менее, у Риты не было окончательного эмоционального выгорания, как это случается со многими медиками, когда они перестают реагировать на чужие страдания, становятся сухими и циничными.

Когда её спрашивали, как ей удаётся на такой трудной работе сохранять чуткий и отзывчивый нрав, она отвечала:

- Я с Муси беру пример.

- А кто такая Муся? — спрашивали Риту.

- А это кошка, она живёт в подвале нашей больницы и каждый раз встречает машины Скорой помощи с тяжёлыми пациентами, — отвечала Рита.

- Только с тяжёлыми? – уточняли любопытные.

- Только с тяжёлыми, — отвечала с грустной улыбкой Рита.

- А как она понимает, что там именно тяжёлые? — не унимались любопытные.

- Не знаю, — пожимала плечами Рита.

- А почему вы её к себе домой не заберёте? — продолжали спрашивать любопытные.

- Я забирала, она опять в больницу убегает, — отвечала Рита с лёгкой усмешкой.

Мусе было лет пять или семь. Она появилась в больнице раньше, чем Рита, её подкармливали кочегары и сантехник, ей приносила гостинцы одна женщина из бухгалтерии, но всё-таки серьёзнее всех к Мусе относилась Рита. Именно Рита следила, чтобы Муся всегда была сыта и чтобы её никто не обижал.

Да её никто и не обижал никогда. Все знали, что Муся встречает тяжёлых пациентов и, если видели в окно, как пушистый комочек бежит навстречу Скорой помощи, уже знали, что сейчас в больнице начнётся беготня, шум и напряжённая работа по спасению жизни какого-то человека. К средним и лёгким Муся никогда не подбегала.

Графики в районной больнице напряжённые, выходные бывают не так уж часто. Рита, как и все медики в этой больнице, устала ужасно, не досыпала, конечно, тоже. Самое сложное, выдержать отрезок ночи перед рассветом. Глаза слипаются, голова клонится вниз, хочется свернуться калачиком где-нибудь, хоть на столе, хоть под столом, хоть в подвале у Муси и спать, спать, спать... Рита проваливается в какую-то сонную яму, и не слышит, как подъезжает Скорая... 

А Муся чувствует, что Скорая едет с тяжёлым, и уже бежит навстречу машине. Но, где же Рита? Почему не открывается дверь Приёмного покоя, и не начинается суета?

«Тук-тук-тук!!!» — Рита подскакивает от стука в окно. Ничего не понимает спросонок, хотя и уснула-то всего минут на пять-десять. Муся с той стороны окна тарабанит лапками по стеклу, как бы говоря всем своим видом: «Рита! Рита! Здесь человеку нужна помощь! Скорее открывай дверь, принимай тяжёлого!»

Рита встряхивается, звонит по телефону, бежит открывать дверь, всё, как обычно, когда нужно кого-то спасать... А Муся? Муся сделала своё дело. Встретила тяжёлого, разбудила Риту, теперь люди сами справляйтесь, а у Муси и без вас ещё дел полно, своих, кошачьих.