2025, «Контрапункт».

Хотя из века XXI образ Фрэнка Синатра кажется вполне цельным и довольно глянцевым, ведущий «Контрапункта» Никита Симонов постарался добавить герою противоречивости. Его история Синатры – как учебник поп-музыки или как биография несовершенного человека, оставившего совершенное музыкальное наследие. Внешне выглядя как идеал для белых домохозяек, Фрэнк вёл разгульный образ жизни, был бабником и дружил с гангстерами. «Контрапункт», который обычно сосредоточен на музыкальных достижениях, на сей раз не устоял перед соблазном заглянуть в самые тёмные уголки биографии крунера. Но без них образ не был бы полным.

Воплощение американской мечты, Фрэнк родился в 1915 году в семье итальянских эмигрантов. Он едва не погиб при рождении – акушерские щипцы на всю жизнь оставили шрам у него на голове и повредили ухо. Властная мать Синатры владела подпольным баром – так что с криминальными элементами Фрэнк был знаком с детства. Он, впрочем, родительским бизнесом не заинтересовался и решил стать артистом. Знаменитый баритон ещё не прорезался, но в его голосе с молодости ощущалась заботливая, успокаивающая интонация. Несмотря на талант и харизму, путь к сольной карьере и овациям был у Синатры непростым – пришлось петь на третьих ролях в оркестре Тома Дорси и даже подрабатывать поющим официантом в забегаловке. Но Фрэнк не терял времени даром, и не только в смысле ухлёстываний за женским полом: он пытался копировать невозмутимую манеру Бинга Кросби и «брал уроки вокала у тромбониста», учась распределять дыхание. Синатре было 26, когда его выступление (даже не сольное, просто выход) впервые сопровождалось истерическими женским воплями. Фрэнк не был красавцем, но сладострастный голос заставлял поклонниц додумывать остальное. Сценическая сдержанность увеличивала этот эффект: он не был откровенным и эмоциональным в песнях, но казалось, что он просто скрывает клокочущие страсти.

Впрочем, имиджу скромника противоречила личная жизнь Фрэнка. Он вляпался в большое число интрижек и скандалов – от перевозки чемодана с миллионами от мафии до обвинений в симпатии к коммунистам. Из-за родовой травмы он был негоден к военной службе – но в годы Второй мировой недовольство вызвало нежелание Фрэнка хоть как-то изображать патриотический настрой.

В 50-е годы Синатра потерял голос, развёлся и встретил Аву Гарднер. По характеру и отношению к жизни последняя весьма напоминала Фрэнка, так что их союз сильно подкосил психологическое здоровье музыканта. Он впал в депрессию и чуть не спился. Выкарабкаться помогла работа: оскароносная роль в кино и запись новой музыки. Синатра одним из первых стал записывать концептуальные долгоиграющие пластинки, а расставание и развод с Авой заставили его перейти на печальную лирику, в которой он теперь уже не скрывал своих эмоций.

Впрочем, к тому времени Фрэнк Синатра уже считался живым классиком. Никита Симонов отмечает, что все попытки артиста как-то примодниться в соответствии со свежими трендами не были успешными: больше всего Синатре шло оставаться таким как есть, оставаться самим собой. Его манере пытался подражать Джим Моррисон, но самого Фрэнка ничуть не заинтересовали ни рок-н-ролл, ни звук 60-х и 70-х. Более того, он осуждал распущенность нравов молодых музыкантов, хотя им было бы чему поучиться у молодого Фрэнка. Консерватизм, однако, не помешал Синатре жениться на Мии Фэрроу, которая была моложе его на 30 лет и, казалось бы, олицетворяла все модные глупости, которые он терпеть не мог. И это ещё одно противоречие в безупречном образе Фрэнка Синатры.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа