Украина раскалывается на территориальные комплексы, подобно тому как в своё время возникали территориальные княжества вокруг территориальных экономических комплексов.

В Закарпатье в Сюртивской объединенной территориальной громаде новоизбранные депутаты после своей присяги исполнили венгерский гимн, а не украинский.

Ростислав Ищенко, украинский политолог, колумнист издания Украина.Ру, историк, дипломат в комментарии для «Журналистской правды» отметил, что для Закарпатья эта ситуация стандартна. Хотя другие крупные регионы Украины также мало считаются с центром в последнее время.

«В Закарпатье всегда были сильные автономистские тенденции. Они всегда подчёркивали свою особость. Раскол Украины давно уже произошёл, но я не думаю, что сейчас, в нынешний момент для Украины самое опасное – это этническое расслоение. Потому что фактически она раскалывается по границам экономических комплексов. Если мы посмотрим на последние региональные выборы, которые там прошли, то везде побеждают даже не губернаторы и не центральные партии, а мэры. Мэры крупных городов, которые являются центрами экономических комплексов. Я даже не могу сказать, что это олигархические вотчины, потому что у олигархов собственность разбросана по всей Украине. А это именно территориальные комплексы, как в своё время возникали территориальные княжества вокруг территориальных экономических комплексов.

Такой раскол для Украины сейчас очень опасен.

К Киеву претензии есть и у венгров, которые живут в том же Закарпатье, и у румын, и у русин. В принципе, начиная ещё с 90-х годов там всегда удовлетворялись тем, что, мол, вы к нам не лезете, и мы вас не трогаем. Если приезжал какой-то особо наглый губернатор, его быстро оттуда выдавливали. И совершенно спокойно занимались своей контрабандой.

Дело в том, что Закарпатью как региону вне Украины существовать экономически очень сложно. Вся его экономика, в основном, построена на контрабанде. И на контрабанде как раз за счёт того, что украинские границы слабо охраняются, что они по сути открыты для региона.

Если они попадают вдруг в Венгрию или ещё куда-то, то весь этот бизнес накрывается медным тазом. Поэтому при всём желании они очень сильно привязаны экономически к Украине и её нынешнему состоянию. Потому что больше контрабанду сбывать некуда.

В любом государстве существуют определённые территориально-экономические комплексы. Они и в СССР были. Но если государство уменьшилось до размера Украины, то там тоже существуют ТЭК. Например, в Донецке всегда существовал металлургический. В Днепропетровске – машиностроительный и металлургический. В Харькове, в основном, машиностроительный. Одесса – это порт, перевалка, транзит грузов. Они все взаимодополняют друг друга в рамках одного государства. Но только до тех пор, пока это государство имеет реально сильный центр, способный приносить этим территориям пользу. То есть центр, способный осуществлять управление и имеющий достаточный ресурс для того, чтобы каждый из этих территориально-экономических объединений было в нём заинтересовано.

Но это государство нищает и беднеет (уж не говорю о том, что прекращает работу государственный аппарат как таковой), это государство просто доходит до состояния полного обнищания, когда они считают копейки, чтобы дожить до конца года, и говорят, что нет, не доживут. Причём когда-то там говорили о дыре в бюджете в 80-120-300 миллиардов гривен – это понятно, это большие деньги. А сейчас говорят, что не хватает 10 миллиардов, чтобы свести концы с концами, значит, на следующий год нет вообще уже ничего.

Вот в таком случае у регионов всегда возникает вопрос: «А зачем нам нужен такой центр? Он же ничего на даёт, пользы никому не приносит. Но деньги на своё содержание у нас берёт и пытается здесь нами руководить, как и что нам приватизировать, как нам управлять своей экономикой. Давайте мы лучше от него будем подальше».

И, кстати, начиная уже даже не с переворота, а с 12-13-го года, появились такие тенденции, что центральная власть договаривалась с местными. Допустим, Янукович Кернеса [мэра Харькова – прим.ред.] не менял. Тот был популярный мэр, контролировал Харьков, и с ним регионалы договорились. Потом пришли следующие, и опять договорились с Кернесом.

А потом стали договариваться с Одессой. Туда сначала Коломойский пытался засунуть [Игоря Петровича] Палицу, потом Порошенко пытался засунуть туда Саакашвили. А закончилось всё тем, что мэр Труханов съел всех. И даже не мэр Труханов, а местная одесская региональная элита, которая завязана на одесский порт и контрабанду и не хочет делиться прибылью с посторонними людьми. Они согласны демонстрировать Киеву лояльность, соглашаться, что живут в составе Украины, 4 раза в год вывешивать флаг, произносить заклинания по праздничным дням. А вот в экономические дела не пускают.

То же самое наступило в Днепропетровске, где окопались Филатов с Корбаном.

То есть любой более-менее серьёзный замкнутый на себя, способный какое-то время существовать самостоятельно экономический регион, у которого осталось ещё хоть что-то, что способно его кормить, начинает замыкаться в своих границах, а по отношению к Киеву говорит буквально следующее: «Мы, конечно, понимаем, что мы не можем провозгласить свою независимость, нас же никто не признает, и нам будет сложно. Поэтому ладно, вы нас представляйте там, на мировой арене, можете ездить в ООН, посольства свои содержать – это нас не интересует. Мы вроде бы в составе Украины. Но вот сюда не суйтесь со своими указами».

И когда Верховная Рада принимает что-то, чем не довольны в регионах, какой-то указ подписывает Зеленский, они уже сейчас открытым текстом говорят: «А мы это выполнять не будем. Мы на своей территории принимаем противоположные решения и выполнять их не будем. И пусть попробуют нас заставить».

Так вот в Закарпатье такие тенденции были значительно раньше, чем во всей остальной Украине. Это регион в этническом плане особый, этот регион всегда был отрезан Карпатами, они всегда говорили: «Перекроем перевал, и до свидания».

И кроме того, у них всегда была особая экономика. Также, как и в Одессе, она всегда базировалась на контрабанде. Только в Одессе контрабанда идёт через морской порт и имеет свою особенность. А в Закарпатье более мелкая бытовая. Она идёт через открытую границу. Там же есть места, где граница проходит по частному огороду. Здесь ваш огород, а здесь уже другое государство. Там очень удобно заниматься такими вещами, как провозить нелегальные партии сигарет и прочего мелкого товара, но в крупных масштабах. И они так существовали всегда.

Почему там всегда Балога и Ратушняк конкурировали – два бандита. Но для того, чтобы управлять Закарпатьем, надо было договориться или с одним, или с другим. Вы могли выбирать. Вам не нравится Балога? Договоритесь с Ратушняком. Вам не нравится Ратушняк? Договоритесь с Балогой. Но других вариантов у вас нет. Можете, конечно, сидеть губернатором, но за пределами вашего кабинета вам ничего не будет подчиняться, вы ничего не будете решать. И так эта территория всю жизнь существовала. И так она существует и сейчас. Она уже давно фактически существует отдельно от Украины. Но поскольку ей выгодно считаться частью Украины, она ей продолжает считаться».