Если в словосочетании «Российское вторжение на Украину» слово «Украина» заменить словом «Марс» или «Луна», его формальное содержание изменится, но отношение к актуальной политике останется неизменным.

«Российского вторжения на Украину» нет. Более того, США даже не уверенны, что их усилий хватит для того, чтобы организовать провокацию достаточного масштаба, чтобы можно было говорить о реальном вторжении. И тем не менее, даже не состоявшись (вовсе не состоявшись или ещё не состоявшись) это «вторжение» является фактором глобальной политики.

Только за последние сутки, помимо регулярной внутриукраинской ругани противостоящих олигархических группировок, обвиняющих друг друга в «пособничестве Кремлю» в его «планах вторжения на Украину», на которую уже никто не обращает внимания, пришло три серьёзных сообщения, связанных с темой «вторжения».

Министр обороны Великобритании Бен Уоллес пригласил в Лондон Сергея Шойгу для обсуждения вопросов, касающихся общих обеспокоенностей в сфере безопасности. Британец не уверен, что российский министр откликнется на его предложение. Это понятно. Функции и полномочия членов Кабинета в России и Британии несколько отличаются. Правительство её величества управляет страной от имени монарха и с санкции парламента, объединяя в своих руках полномочия исполнительной, законодательной власти и главы государства. Соответственно любой из членов правительства, помимо своих прямых служебных обязанностей, связанных с работой возглавляемого ведомства, является ещё и частью управляющего страной верховного политического механизма, его позиция является составной частью позиции правительства и, соответственно, он может обсуждать с зарубежными коллегами любые вопросы, связанные, в том числе и с международной политикой.

В России же правительство является лишь коллегиальной исполнительной властью и полномочия министра жёстко привязаны к сфере его деятельности. Международную проблематику (без получения специальных директив) могут обсуждать президент, глава правительства и министр иностранных дел. И то премьер обычно старается не выходить за пределы внешнеэкономической проблематики, если нет специального поручения президента, санкционирующего обсуждение конкретной политической проблемы.

Соответственно, Шойгу, для бесед с британским коллегой, необходимо получить полномочия от президента, а также утверждённые правительством (или президентом) и согласованные предварительно с МИД директивы на переговоры. Британский министр очертил тематику обсуждения предельно широко, включив в неё вопросы связанные с установлением взаимовыгодных отношений (что предполагает экономическое сотрудничество), взаимодействие в областях, представляющих взаимный интерес (политическое сотрудничество), вопросы безопасности, вызывающие беспокойство обеих стран (военно-политическая проблематика).

Из всего перечисленного только последняя тема и только частично касается профессиональной деятельности Шойгу. Чисто военные вопросы — компетенция начальников генеральных штабов (которые как раз недавно беседовали по телефону), а принятие политических решений по вопросам безопасности — компетенция президента. Министр обороны может лишь влиять на позицию главы государства, высказывая свою позицию наряду с другими членами Совбеза.

Соответственно, если Москва решит, что британские предложения имеют реальную ценность, а не являются очередной попыткой поговорить ради разговора и картинки в СМИ, она может отправить в Лондон Лаврова или кого-то из его заместителей для оценки возможностей подготовки встречи президента России и премьер-министра Британии. Если же, как это скорее всего и есть, мы имеем дело с очередной имитацией миротворческой активности, то зачем отвлекаться на бессмысленные беседы?

Британский министр всё это понимает, поэтому и не уверен в том, что Шойгу приедет на беседу. Следовательно его предложение не имеет ничего общего с желанием найти урегулирование всего комплекса противоречий между Россией и Британией. Оно просто встроено в общую информационную стратегию Запада, вокруг тезиса о «российской агрессии».

Британцы понимают, что заманить Путина на «просто поговорить» им не удастся. В то же время надо имитировать готовность Запада к «конструктивному диалогу». В этом плане встреча с министром обороны России — самое то. Он всё равно не имеет полномочий принимать окончательные решения в сфере внешней политики. Следовательно можно не бояться, что от британской стороны потребуют немедленно определиться с конкретными решениями. А на внутреннем информационном рынке эту историю можно подать, как напряжённые усилия Лондона по сдерживанию «российской агрессии». На Западе ведь уже всем известно, что «Россия сосредоточила стотысячную «армию вторжения», для «нападения на Украину». Вот министры обороны и встречаются, чтобы Британия могла «защитить союзника» и не втянуться в «войну с Россией» сама. Для британской общественности вполне разумное объяснение смысла бессмысленной по сути встречи.

Аналогичным образом след «российского вторжения на Украину» обнаружился в Берлине. Там идёт плавно переходящий в ругань спор внутри правящей коалиции, грозящий её разрушить. «Зелёные», контролирующие министерство иностранных дел (Анналена Берброк) в очередной раз сменили позицию и опять утверждают, что «Северный поток — 2» не будет запущен, если Россия вторгнется на Украину (непонятно кого они этим испугать хотят)? В свою очередь министр обороны Кристина Ламбрехт (представляющая СДПГ) ответила, что «газопровод не стоит втягивать в этот конфликт». Ранее канцлер Германии Олаф Шольц (СДПГ) также подчёркивал, что германская экономика жизненно заинтересована в проекте «СП-2», а генсек СДПГ Кевин Кюнерт намекнул, что «Зелёные» пытаются использовать международную повестку для уничтожения не нравящихся им экономических проектов.

Раскол в коалиции очевиден, и не факт, что его удастся преодолеть.

Одновременно The New York Times сообщила, что по сведениям, полученным от высокопоставленного источника в СБУ, Россия начала массовый вывоз с Украины своих дипломатов и членов их семей. МИД России ограничился ничего не подтверждающим и не опровергающим комментарием о том, что «посольство в Киеве работает в штатном режиме» (каков именно штатный режим на сегодня не сказано).

Интересно, что «источник в СБУ» появился у американской газеты ровно в тот момент, когда Украину посетил глава ЦРУ. Причём «источнику» очевидно было проще добраться до NT, чем до украинской прессы, узнавшей о столь важном событии из перепечатки американской публикации российским «Коммерсантом». Наконец, чтобы никто не сомневался в «российской агрессии», Канада заявила о намерении направить на Украину небольшой контингент спецназа, который каким-то образом должен эту «агрессию сдерживать», заодно осуществить «поддержку украинского правительства», а, в случае обострения ситуации (что интересно может обострить её сильнее вторжения?) спецназовцы должны эвакуировать канадских дипломатов.

Итак, вторжения нет, но оно уже формирует повестку британского Министерства обороны. Его нет, но оно раскалывает германскую коалицию. Его нет, но NT уже знает, что Россия вывозит дипломатов (что практически всегда предшествует близкой войне), а Канада шлёт спецназ, чтобы противодействовать отсутствующему вторжению и вывезти своих дипломатов, если оно всё же начнётся.

Как видим необходимые Западу информационно-политические задачи отсутствующее вторжение решает. Нетрудно сделать вывод, что с не меньшим пылом Запад мог бы бороться и с «российским вторжением на Марс». Есть лишь одна неприятная разница. С вторжением на Марс можно сколь угодно долго бороться в виртуальном пространстве, но его невозможно спровоцировать в реальности, по причине отсутствия марсиан, а значит и непосредственного контакта между ними и Россией.

К сожалению Украина пока существует. Причём её состояние свидетельствует, что это существование не продлится долго. В скором времени «вторжение на Украину» может стать таким же виртуальным, как «вторжение на Марс», по причине ускоренной девитализации и, соответственно, быстрой виртуализации украинской государственности. Следовательно Западу надо спешить, чтобы постараться в последний раз с толком использовать протухший товар.

Потому-то все эти истерики с вывозом дипломатов и закрытием «СП-2» из-за отсутствующего вторжения и тревожат, что если вторжения нет, но очень хочется, чтобы было, то оно будет, даже если вся российская армия перебазируется на Чукотку.